Апелляция на решение суда о мере пресечения
Expertrating.ru

Юридический портал

Апелляция на решение суда о мере пресечения

Образец апелляционной жалобы на постановление о заключении под стражу

Образец апелляционной жалобы в суд на постановление районного суда об избрании в отношении подозреваемого (обвиняемого) меры пресечения в виде заключения под стражу, разработанный адвокатом по уголовным делам. Статьи 228, 228.1 УК РФ. Образец также подойдет и по другим статьям.

Остались вопросы? Нуждаетесь в помощи в подготовке апелляционной, кассационной или надзорной жалобы в суд на постановление решение или приговор суда?

Звоните адвокату Нестеренко Дмитрию Константиновичу. Волгоградская коллегия адвокатов. Адвокатская палата Волгоградской области. Номер в реестре адвокатов Волгоградской области 34/2266. + 7 906 173-62 72

Волгоградский областной суд

Центральный районный суд г. Волгограда

адвоката НО ВМКА ____________

400074, г. Волгоград, ул. __________, 22,

подозреваемой по ч.1 ст.228 УК РФ

на постановление Центрального районного суда г. Волгограда об избрании в отношении подозреваемой меры пресечения в виде заключения под стражу от 17 ноября 2016 г.

17 ноября 2016 года Постановлением Центрального районного суда г. Волгограда оставлено без удовлетворения ходатайство защиты об избрании в отношении обвиняемого меры пресечения в виде домашнего ареста, также избрана в отношении подозреваемой мера пресечения в виде заключения под стражу.

Однако указанное постановление подлежит отмене в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в постановлении, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, а также в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона, что выражается в следующем:

Выводы суда первой инстанции о намерениях Петровой Ю.Ш. скрыться от органов предварительного следствия не подтверждаются никакими из доказательств, рассмотренных в судебном заседании.

Судом сделан общий вывод о том, что «предоставленные суду материалы в полном объеме подтвердили наличие обстоятельств для избрания меры пресечения в виде заключения под стражу, без ссылки на конкретные материалы дела.

Указанные факты в соответствии с п. 1 ст. 389-15 УПК РФ, п. 1 ст. 389-16 УПК РФ, а также ч. 1 ст. 389-17 УПК РФ являются основанием для отмены постановления суда.

В обжалуемом постановлении, в нарушение ч. 1 ст. 108 УПК РФ, не указаны конкретные обстоятельства или факты, свидетельствующие о невозможности применения иной, более мягкой меры пресечения, например, меры пресечения в виде домашнего ареста, о чем и было заявлено стороной защиты, при этом суд ограничивается общими фразами.

Кроме того, судом указано, что Петрова Ю.Ш. не имеет постоянного места жительства на территории Волгоградской области, однако стороной защиты приобщены к материалам дела:

копия договора «Безвозмездного и бессрочного найма жилья» — комнаты в квартире № 3 по ул.__________________________________, в г. Волгограде от 17.11.2016 г. между Петровой Ю.Ш. и Магомедовой Н.Г. и Умалатовым К.Н.;

копии свидетельств о государственной регистрации собственников (Марковой Н.Г. и Умилина К.Н.);

копии паспортов указанных собственников.

Вместе с указанными копиями суду предоставлены оригиналы документов для заверения.

Также в судебном заседании были допрошены свидетели — Маркова Н.Г. и Умилина К.Н., которые пояснили что являются собственниками квартиры по адресу: г. Волгоград, ул. милиционера Чайкова, дом.40, кв. 1, и не против постоянного проживания в данной квартире своей родственницы — Петровой Ю.Ш., в том числе при «нахождении её под домашним арестом» в их квартире, также пояснили обстоятельства заключения с Петровой Ю.Ш. договора «Безвозмездного и бессрочного найма жилья».

В нарушение ч. 4 ст. 7 УПК РФ судом не дана оценка указанным показаниям свидетелей и документам.

Указанные факты в соответствии с ч. 1 ст. 389-17 УПК РФ являются основанием для отмены постановления суда.

В обжалуемом постановлении, в нарушение ч. 1 ст. 108, ст. 100 УПК РФ не указаны исключительные и конкретные, фактические обстоятельства, на основании которых судья принял решение об избрании в отношении подозреваемой меры пресечения в виде заключения под стражу.

В нарушение ст. 99 УПК РФ судом первой инстанции проигнорированы род занятий подзащитной, а именно: подзащитная работает акушером-гинекологом, проходит ординатуру по своей специальности, выросла в семье потомственных врачей, мать работает в больнице им. И.М. Сеченова».

Указанные факты в соответствии с ч. 1 ст. 389-17 УПК РФ являются основанием для отмены постановления суда.

4) Судом проигнорированы пункты постановления пленума Верховного Суда РФ № 41 от 19.12.2013 г. о необходимости наличия фактических обстоятельств, которые свидетельствуют о реальной возможности совершения обвиняемым, подозреваемым действий, указанных в статье 97 УПК РФ.

Кроме того, судом проигнорирован п. 2 указанного Постановления пленума ВС РФ, вследствие чего судом не проверена обоснованность подозрения в причастности Петровой Ю.Ш. к совершенному преступлению.

Обоснованное подозрение предполагает наличие достаточных данных о том, что лицо могло совершить преступление (лицо застигнуто при совершении преступления или непосредственно после его совершения; потерпевший или очевидцы указали на данное лицо как на совершившее преступление; на данном лице или его одежде, при нем или в его жилище обнаружены явные следы преступления и т.п.) Однако указанные факты судом не установлены.

5) Суд, сославшись на тяжесть преступления как основной аргумент при заключении под стражу, проигнорировал нормы международного законодательства, которые имеют высшую юридическую силу по сравнению с национальным, а именно — выводы по решениям Европейского суда по правам человека (далее — ЕСПЧ).

Европейский Суд неоднократно указывал, что тяжесть обвинения не может сама по себе служить основанием для оправдания содержания лица под стражей (см. Постановление Европейского Суда по делу «Панченко против Российской Федерации» (Panchenko v. Russia) от 8 февраля 2005 г., жалоба N 45100/98, §102; Постановление Европейского Суда по делу «Горал против Польши» (Goral v. Poland) от 30 октября 2003 г., жалоба N 38654/97, §68; и приведенное выше Постановление Европейского Суда по делу «Илийков против Болгарии» (Ilijkov v. Bulgaria), §81).

Европейский Суд повторяет, что хотя тяжесть возможного наказания и является существенным элементом при оценке вероятности того, что обвиняемый скроется или продолжит преступную деятельность, необходимость содержания под стражей не может оцениваться исключительно с абстрактной точки зрения . Она должна рассматриваться со ссылкой на ряд других существенных факторов, которые могут либо подтвердить наличие риска побега или повторного совершения преступления, либо продемонстрируют указанный риск таким незначительным, что он не сможет оправдать содержание заявителя под стражей до суда (см. Постановление Европейского Суда по делу «Летелье против Франции» (Letellier v. France) от 26 июня 1991 г., Series A, N 207, p. 19, §43; и приведенное выше Постановление Европейского Суда по делу «Панченко против Российской Федерации» (Panchenko v. Russia), §106). Дело «Пшевечерский (Pshevecherskiy) против Российской Федерации» (Жалоба N 28957/02)

Согласно ч. 4 ст. 15 Конституции РФ приоритет отдается нормам международного права перед федеральным законодательством.

Согласно ст. 1 ФЗ № 54 от 30.03.1998 г. «О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней» для РФ обязательными являются решения ЕСПЧ , принятые при рассмотрении дел в связи с предполагаемыми нарушениями РФ своих обязательств по Конвенции. Согласно п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.10.2003 г. №5-П, «постановления в отношении Российской Федерации, принятые окончательно, являются обязательными для всех органов государственной власти РФ, в том числе и для судов».

На необходимость применения решений ЕСПЧ по аналогичным делам указано и в п.п. 2-3 Постановления пленума Верховного суда РФ «О применении судами общей юрисдикции Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года и Протоколов к ней» № 21 от 27 июня 2013 г.

Руководствуясь ст.ст. 107, 108 ч. 11, 389 -15 , 389-16, 389 -17 УПК РФ,

1. Отменить постановление Центрального районного суда г Волгограда об избрании в отношении Петровой Ю.Ш. меры пресечения в виде заключения под стражу от 17 ноября 2016 г.

2. Отказать следователю в удовлетворении ходатайства об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу Петровой Ю.Ш.

3. Удовлетворить ходатайство защиты и избрать в отношении подозреваемой Петровой Ю.Ш. меру пресечения в виде домашнего ареста по адресу: ________________________________ с возложением обязанностей, которые предупредят опасения следователя.

«___»_____________2016 г. адвокат ____________(или подозреваемая

Апелляция на решение суда о мере пресечения

Московского городского суда

от адвоката Баламутова К.А.

т. +7 (495) 928-55-44

По уголовному делу № 00000 по обвинению Иванова А.А., предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 2 ст. 228-1 УК РФ.

АПЕЛЛЯЦИОННАЯ ЖАЛОБА

на постановление Хорошевского районного суда о продлении меры пресечения

в порядке ч. 3 ст. 389.2 УПК РФ

Постановлением Хорошевского районного суда г. Москвы от 01.01.2008г. (далее – Постановление) Иванову А.А. избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

Согласно Постановлению, Иванов А.А. обвиняется в том, что он совершил покушение на незаконный сбыт наркотических средств, группой лиц по предварительному сговору. Так он, вступив с Петровым А.А. и Сидоровым А.А. в предварительный преступный сговор на незаконный сбыт наркотических средств и действуя с соучастниками совместно, с единым умыслом, направленным на незаконный сбыт наркотических средств, и согласно распределенным ролям, в то время как Петров А.А. и Сидоров А.А. подыскали и прибрели у неустановленного источника, в целях последующего сбыта наркотическое средство гашиш, он (Иванов А.А.) 30 июля 2008 г. приискал покупателя наркотического средства – Трофимову, договорившись с ней о встрече. В дальнейшем он, Петров А.А. и Сидоров А.А. прибыли на встречу с Трофимовой, действовавшей в ходе оперативно-розыскного мероприятия «проверочная закупка». Иванов А.А. получил от Трофимовой денежные средства в размере 1.800 рублей, после чего передал их соучастнику Петрову А.А., который в свою очередь, сбыл Трофимовой наркотическое средство гашиш общей массой 0.7 гр.

Далее, согласно постановлению, суд полагает, что « Оснований для изменения избранной в отношении Иванова А.А. меры пресечения в виде заключения под стражу на иную не связанную с лишением свободы суду не представлено. Органом предварительного следствия представлены достаточные данные, подтверждающие обоснованность применения к Иванову А.А. меры пресечения в виде заключения под стражу т.к. ему предъявлено обвинение в совершении преступления, относящегося согласно ст. 15 УК РФ, к категории преступлений особо тяжких, а с учетом конкретных обстоятельств преступления и фактических обстоятельств деяния, в совершении которого обвиняется Иванов А.А., есть основания полагать, что, оставаясь на свободе, он может помешать установлению истины по делу, т.е. скрыться от органов следствия и суда».

Считаем, что данное постановление незаконно, необоснованно и подлежит отмене по следующим обстоятельствам.

В соответствии с ч. 1 ст. 108 УПК РФ при избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в постановлении судьи должны быть указаны конкретные фактические обстоятельства, на основании которых судья принял такое решение. В вышеуказанном постановлении формально перечислены положения УПК РФ и ходатайства следователя СС УФСКН об избрании меры пресечения, без указания конкретных обстоятельств.

В Постановлении Президиума Верховного суда РФ от 27.09.2006 г. «О рассмотрении результатов обобщения судебной практики об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу подозреваемых или обвиняемых в совершении преступлений» указано на недопустимость формального подхода к разрешению ходатайств о заключении под стражу, поскольку это самая строгая мера пресечения, ограничивающая права, свободу и личную неприкосновенность человека, и гражданина. В нем указано, что «судьи в постановлениях лишь формально перечисляли указанные в ст. 97 УПК РФ основания для избрания меры пресечения в виде заключения под стражу, не приводя при этом конкретных исчерпывающих данных, на основании которых суд пришел к выводу, что подозреваемый или обвиняемый может скрыться, продолжить заниматься преступной деятельностью».

В соответствии обжалуемым постановлением выводы суда о возможности Иванова А.А. скрыться от следствия и суда, а также продолжать заниматься преступной деятельностью носят характер предположений и домыслов. При этом судом не дана оценка тому, что Иванов А.А. зарегистрирован в г. Москве, проживает с родителями, учится в институте иностранных языков, где положительно характеризуется. Возраст Иванова А.А. 19 лет, и он ранее не привлекался ни к уголовной, ни к административной ответственности.

Читать еще:  Как работать студенту, получая пособие

Не может Иванов А.А. и воспрепятствовать установлению истины по делу т.к. сразу после задержания предоставил следствию чистосердечные показания, а также заявление о готовности сотрудничать со следствием. Данные обстоятельства не были изучены судом и им не была дана какая-либо оценка.

В соответствии с п. 14 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 10.10.2005 г. № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров РФ» обстоятельства, оправдывающие изоляцию лица от общества «должны быть реальными, обоснованными, т.е. подтверждаться достоверными сведениями». Также указано, что суды должны указывать не только на конкретные обстоятельства, но и доказательства, подтверждающие наличие таких обстоятельств. Такие доказательства обжалуемое постановление не содержит.

Кроме того, Иванов А.А. проводил лечение у терапевта по поводу вегето – сосудистой дистонии (см. справку гор. поликлиники № 139), в 2004 г. у него выставлен диагноз миопия средней степени обоих глаз. Дальнейшее пребывание Николаева А.С. в изоляторе может негативно отразиться на его здоровье.

Обращает на себя внимание изначально невнимательное и не вдумчивое отношение судьи Е_______ к данному процессу, характеризующее абсолютно безразличное отношение к рассматриваемому вопросу. Так согласно постановлению судья указала: «…Иванов А.А. оставаясь на свободе (?) …может помешать…». Судья Еремина скорее всего не заметила, что Иванова А.А. доставил в зал судебного заседания конвой, что свидетельствует о том, что до 28.11.2008 г., т.е. до дня судебного заседания Иванов А.А. находился под стражей. Ранее, со дня возбуждения уголовного дела, Иванов А.А. не находился на свободе ни одного дня и не одного часа. В связи с этим, размышления судьи о вредных и незаконных действиях Иванова А.А. находящегося на свободе абсурдны и носят характер домыслов и предположений.

Крайнее недоумение защиты вызывает фраза в постановлении: «…он (Иванов А.А.) может помешать установлению истины по делу, т.е. скрыться от органов следствия и суда». Иными словами, непонятно каким образом судья сделала вывод, что установление истины по делу – это есть невозможность скрыться от органов следствия. Отсюда вывод, что ИСТИНА по уголовному делу есть не что иное, как – Иванов А.А., содержащийся в изоляторе под стражей. И при отсутствии данного условия (Иванова А.А. под стражей) истину по делу установить не возможно.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ч. 11 ст. 108 УПК РФ

ПРОШУ

1. Отменить Постановление Хорошевского районного суда г. Москвы от 01.08.2008 г.

2. Избрать Иванову А.А. в качестве меры пресечения иную не связанную с лишением свободы.

Приложение: ордер № БК – 0000

Адвокат К.А. Баламутов

Внимание: даты, данные лиц, организации, следственного органа и суда изменены

Образец апелляционной жалобы на постановление суда об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу

В судебную коллегию по уголовным делам

Самарского областного суда

443099, г. Самара, ул. Венцека, д. 39 / ул. Куйбышева, д. 60

От адвоката АБ “Антонов и партнеры” Антонова А.П. ,

рег. № 63/2099 в реестре адвокатов Самарской области

Адрес для корреспонденции: 443080, г. Самара,

проспект Карла Маркса, д. 192, оф. 619, тел. 8-987-928-31-80

В защиту интересов обвиняемого ФИО1

на Постановление Железнодорожного районного суда г. Самары об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу

Постановлением Железнодорожного районного суда г. Самары от 16.06.2018 удовлетворено ходатайство старшего следователя Ленинского межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Самарской области об избрании в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 318 УК РФ, ч. 1 ст. 318 УК РФ, меры пресечения в виде заключения под стражу, ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу сроком на 02 месяца 00 суток, то есть до 14 августа 2018 года включительно.

В постановлении суда указывается, что основанием избрания меры пресечения в виде заключения под стражу являются достаточные данные, свидетельствующие о причастности ФИО1 к совершению преступлений, в которых он обвиняется. Суд при этом учитывает, что преступления, в которых обвиняется ФИО1 относятся к категории средней тяжести, направленных на отношения против порядка управления, за которые действующим законодательством предусмотрено наказание на срок свыше трех лет лишения свободы, что представляет опасность для общества. Суд учитывает также данные о личности обвиняемого, который официально не работает и не имеет источников дохода, постоянного места регистрации на территории РФ не имеет, согласно миграционной карты имеет временную регистрацию лишь до 30.06.2018 г., является иностранным гражданином, что в своей совокупности позволяет суду сделать вывод о том, что обвиняемый может скрыться от следствия и суда, а также продолжить заниматься преступной и антиобщественной деятельностью.

С вынесенным постановлением суда защита не согласна, считает его незаконным и необоснованным по следующим основаниям:

  1. Суд не проанализировал фактическую возможность для избрания лицу более мягкой меры пресечения, чем заключение под стражу, тем самым не указал, почему в отношении лица нельзя избрать более мягкую меру пресечения. В соответствии с ч. 1 ст. 108 УПК РФ, заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступлений, за которые уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше трех лет при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения . В решениях об избрании заключения под стражу в качестве меры пресечения и продлении срока содержания под стражей суд должен указать, почему в отношении лица нельзя избрать более мягкую меру пресечения. На это прямо указал Пленум Верховного суда в постановлении от 19.12.2013 № 41 (ред. от 24.05.2016) «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога».
  2. Суд не проанализировал и не отразил в судебном решении материалы, которые представил следователь в качестве обоснования для избрания меры пресечения в виде заключения под стражу обвиняемого. Недопустимо использовать стандартные обезличенные формулировки по типу «представленные следователем материалы свидетельствуют о достаточности данных, подтверждающих обоснованность подозрения» без анализа этих материалов. С учетом того, что ФИО1. оспаривал причастность к совершению преступлений, данное обстоятельство является существенным нарушением и влечет отмену вынесенного постановления.
  3. При этом перечисленные доводы суда о том, что ФИО1., находясь на свободе, может скрыться от следствия и суда, а также продолжить заниматься преступной и антиобщественной деятельностью, не имеют под собой реальной доказательственной и правовой основы. С точки зрения защиты, данные предположения суда носят субъективный характер. Решение является достоверным, если в основу решения об избрании меры пресечения положены достоверные фактические данные о том, что находясь под иной мерой пресечения, ФИО1. может продолжить заниматься преступной деятельностью, скрыться от органов следствия и суда, уничтожить доказательства по уголовному делу либо иным образом воспрепятствовать производству по уголовному делу, а не субъективное мнение суда о его вероятном поведении.

При оценке риска побега суд должен изучить множество обстоятельств. Так, судом не исследован вопрос относительно того, есть ли у обвиняемого семья, иждивенцы из членов семьи, иные значимые личные обязательства в месте проживания. Судом не учтено, что ФИО1. живет вместе с семьей, что значительно снижает риск побега. В постановлении от 21.06.2007 по делу «Мельников против Российской Федерации» ЕСПЧ указал, что суд, принимая решение о заключении под стражу, не учел такие значимые обстоятельства, снижающие риск побега, как наличие на иждивении двух детей и состояние здоровья. В постановлении от 27.11.2012 по делу «Дирдизов против Российской Федерации» ЕСПЧ указал, что суды не уделяли должного внимания фактам, снижающим риск побега, среди которых серьезность состояния здоровья, крепкие семейные связи, отсутствие судимости.

Судом неверно исследован вопрос относительно того, есть ли у обвиняемого постоянная работа или иной источник дохода , который обвиняемый может потерять, если сбежит. ФИО1. неофициально подрабатывает строительством. Данное обстоятельство не было учтено судом первой инстанции.

Судом исследован вопрос относительно того, есть ли у обвиняемого иностранное гражданство, однако, само по себе наличие иностранного гражданства не является основанием полагать, что лицо скроется. Так, например, в постановлении от 24.06.2010 в деле «Велиев против Российской Федерации» ЕСПЧ не счел убедительными доводы национальных властей о том, что наличие гражданства Азербайджана является основанием предполагать высокий риск побега.

Судом не исследован вопрос относительно того, есть ли у обвиняемого родственники либо близкие лица за рубежом. В постановлении от 18.12.2012 по делу «Сопин против Российской Федерации» ЕСПЧ признал, что российские суды был правы, когда в качестве обстоятельств, которые подтверждали обоснованность заключения под стражу, признали наличие родственников, постоянно проживающих за пределами России, частые выезды за границу и существенные финансовые ресурсы.

Судом не исследован вопрос относительно того, каково было предыдущее поведение обвиняемого. Например, пытался ли он ранее бежать из-под стражи или заключения, скрывался ли он от следствия и суда, не нарушал ли он условий ранее избранных мер пресечения, оказывал ли сопротивление при задержании с целью скрыться и т. д. ФИО1. ранее к уголовной ответственности не привлекался, при задержании сопротивления не оказывал, сбежать не пытался. Данные обстоятельства характеризуют ФИО1 как порядочного гражданина и не были учтены судом первой инстанции.

Судом не исследован вопрос относительно того, есть ли иные факты, свидетельствующие о подготовке обвиняемым побега. Например, если обнаружены фальшивые удостоверения личности, крупные суммы наличных денег или драгоценностей, факты продажи принадлежащего ему на праве собственности имущества на территории России. На приготовление к бегству также указывает то, что обвиняемый пытался изменить внешность, пересечь границу или перевести туда крупные суммы безналичных денег, ценных бумаг и т. д. Данных, свидетельствующих о подготовке обвиняемым побега не установлено.

Оценить, насколько велик риск того, что обвиняемый продолжит совершать преступления, так же как и риск бегства, достоверно невозможно, поскольку вероятность его наступления находится в будущем. При оценке этого риска суд должен установить следующие обстоятельства:

имеется ли у обвиняемого неснятая и непогашенная судимость за совершение умышленного преступления

судим ли обвиняемый в прошлом за совершение умышленных преступлений

— имеются ли факты уголовного преследования обвиняемого в прошлом за совершение умышленных преступлений, повлекшие за собой прекращение уголовного преследования по нереабилитирующим основаниям

Так, судом первой инстанции не учтено, что ФИО1. к уголовной ответственности ранее не привлекался и судимости не имеет. Данные обстоятельства по мнению защиты указывают на то, что риск продолжения ФИО1. преступной и антиобщественной деятельности отсутствует и недостаточен для избрания такой меры пресечения как заключение под стражу.

Таким образом, безосновательное вменение возможности скрыться от следствия и суда, а также продолжения преступной деятельности без подтверждения объективными доказательствами по делу является явным нарушением презумпции невиновности, предусмотренной ст. 14 УПК РФ и ст. 49 Конституции РФ, поскольку, указанными возможностями, как способностью совершать определенные действия, обладают все дееспособные лица. Никаких объективных данных в обоснование необходимости заключения под стражу обвиняемого органом следствия суду не представлено.

В силу части 4 статьи 7 УПК РФ постановление судьи должно быть законным, обоснованным и мотивированным, основанным на исследованных материалах с проверкой доводов, приведенных защитой. Обжалуемое постановление, по мнению защиты, не отвечает вышеизложенным критериям.

На текущий момент все возможности ФИО1 как-либо повлиять на ход следствия отсутствуют, при таких обстоятельствах нет риска вмешательства в установление обстоятельств дела на более поздних стадиях расследования уголовного дела.

На основании изложенного и руководствуясь ч. 11 ст. 108, ст.ст. 389.2, 389.15, 389.20 УПК РФ,

П Р О Ш У С У Д:

Отменить постановление Железнодорожного районного суда г. Самары от 16.06.2018 г. об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу обвиняемого ФИО1, 14.04.1986 г.р., как необоснованное и незаконное.

Читать еще:  Нужно ли проводить повторное межевание при кадастровой ошибке?

Избрать в отношении обвиняемого ФИО1 более мягкую меру пресечения.

Ходатайствую о рассмотрении данной жалобы Самарским областным судом с моим участием.

— копия Постановления Железнодорожного районного суда г. Самары

— ордер адвоката (оригинал)

Адвокат ______________________ А.П. Антонов

Апелляционная жалоба на постановление о продлении срока содержания под стражей

Суды удовлетворяют ходатайства следователей об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в 91% случаев, о продлении срока содержания под стражей – в 98% случаев. Однако это не повод опускать руки и не бороться за иную меру пресечения. В моей практике и практике моих коллег были случаи, когда в результате квалифицированных действий адвоката обвиняемые в особо тяжких преступлениях находились под домашним арестом, а обвиняемым в тяжких преступлениях даже не избиралась подписка о невыезде. Были и случаи изменения меры пресечения с заключения под стражу на домашний арест, залог или подписку о невыезде. Даже если на национальном уровне не удаётся добиться меры пресечения, не связанной с заключением под стражу, – это можно использовать для жалобы в Европейский Суд по правам человека. Типовые постановления российских судов по мерам пресечения и устойчивая положительная практика ЕСПЧ привели к тому, что при обоснованной жалобе в ЕСПЧ государство само предлагает компенсационную выплату в качестве условия мирового соглашения. Поэтому из каждого процесса нужно выжимать максимум – как для работы в российских судах, так и для работы в Европейском Суде по правам человека. В этом может помочь шаблон апелляционной жалобы на постановление о продлении срока содержания под стражей, который я подготовил на основе анализа судебной практики и собственных адвокатских наработок.

ПРОЕКТ

АПЕЛЛЯЦИОННАЯ ЖАЛОБА
на постановление _____________________ районного суда
__________________ области от ______________ года

Постановлением _______________ районного суда ____________________ области от ________________ года было удовлетворено ходатайство следователя _____________________ о продлении срока содержания под стражей З. на 2 месяца, а всего до _ месяцев ___ дней, то есть по ___________ года включительно.

Указанное постановление содержит выводы суда, не соответствующие фактическим обстоятельствам уголовного дела, а также вынесено с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона, выразившимися в несоответствии обжалуемого постановления требованиям ч.4 ст.7 УПК РФ, в связи с чем подлежит отмене на основании п.п.1 и 2 ст.389.15 УПК РФ по следующим основаниям.

1. В обоснование постановления суд указал, что продление срока содержания З. обусловлено объективными причинами, выражающимися в необходимости проведения ряда следственных действий: проведении ____________ экспертизы, приобщении полученного по результатам указанной экспертизы заключения к материалам дела, ознакомления заинтересованных лиц с постановлением о назначении указанной экспертизы и заключением экспертов, выполнении требований ст.215-217 УПК РФ, направления уголовного дела прокурору.

Однако судом проигнорировано, что в судебном заседании на вопросы адвоката-защитника ______________ следователь _______________ подтвердила, что нет никаких препятствий к проведению __________________ экспертизы и иных, указанных выше следственных действий при нахождении обвиняемой под домашним арестом, а не под стражей. Указанные обстоятельства не нашли отражения в постановлении и судом им не дана какая-либо оценка. Не указаны судом и основания, по которым им проигнорирована позиция Верховного Суда РФ, изложенная в абз.2 п.22 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2013 года № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога» (далее – постановление Пленума Верховного Суда РФ № 41), согласно которой сама по себе необходимость дальнейшего производства следственных действий не может выступать в качестве достаточного основания для продления срока содержания обвиняемого под стражей.

Сторона защиты также обращает внимание суда апелляционной инстанции на аналогичную позиции Верховного Суда РФ и обязательную для правоприменителей правовую позицию Европейского Суда по правам человека, изложенную в §86 постановления по делу «Миминошвили против России» от 28.06.2011 года, согласно которой аргумент о необходимости проведения следственных действий с участием обвиняемого «не может оправдывать содержание под стражей, поскольку, как правило, необязательно содержать обвиняемого под стражей, чтобы проводить следственные действия». Каких-либо доказательств, подтверждающих невозможность проведения указанных следователем следственных действий в случае нахождения З. под домашним арестом ни следователем, ни судом не приведено.

2. В обоснование постановления суд указал, что основания для избрания меры пресечения в виде содержания под стражей являются существенными, обоснованными и не потеряли своего значения до настоящего времени.

Однако согласно абз.1 п.21 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 41 обстоятельства, на основании которых лицо было заключено под стражу, не всегда являются достаточными для продления срока содержания его под стражей.

Согласно правовой позиции Европейского Суда по правам человека, изложенной в §54 постановления по делу «Пелевин против России» от 10.02.2011 года, «по прошествии времени первоначальные основания для заключения под стражу становятся все менее значимыми, и суды должны приводить иные относимые и достаточные основания, требующие продолжительного лишения свободы».

Сторона защиты обращает внимание суда апелляционной инстанции, что адвокат-защитник ________ в ходе судебного заседания особо отметил, что доводы стороны обвинения в рассматриваемом ходатайстве аналогичны ранее приводимым при избрании и продлении меры пресечения З., а каких-либо новых доводов следователем не приведено, что прямо противоречит указанным ранее правовым позициям и Верховного Суда РФ, и Европейского Суда по правам человека. Однако подобные доводы стороны защиты не нашли отражения в обжалуемом постановлении; не указаны судом первой инстанции и основания, по которым им были проигнорированы указанные правовые позиции Верховного Суда РФ и Европейского Суда по правам человека.

3. В обоснование постановления суд указал, что обвиняемая может оказать противоправное воздействие на участников уголовного судопроизводства с целью искажения ими показаний по делу, скрыться от органов следствия и суда, а также может продолжить заниматься преступной деятельностью.

Однако судом первой инстанции не приведено каких-либо доказательств того, что З. предпринимались какие-либо попытки совершить действия, подпадающие под перечисленные судом основания, либо высказывались намерения их совершить.

Более того, судом оставлены без внимания полученные на вопросы адвоката-защитника __________________ в судебном заседании ответы следователя _________________, согласно которым не установлено фактов сопротивления З. при задержании, нарушений ей режима в местах содержания под стражей, попыток побега из-под стражи, а равно попыток запугивания или подкупа свидетелей или потерпевшего.

Не дано судом первой инстанции и какой-либо оценки доводам стороны защиты, согласно которым потерпевший и свидетели по делу допрошены, вещественные доказательства изъяты, экспертизы (кроме _____________ экспертизы, которая может быть проведена и при нахождении обвиняемой под домашним арестом) проведены, что исключает даже гипотетическую возможность для З., которая и так не намерена препятствовать расследованию по делу и никогда не совершала каких-либо действий, являющихся поводами для подобных опасений, повлиять на доказательственную базу по делу.

Что же касается такого основания как «лицо может скрыться от суда и следствия», то «такая опасность не может быть оценена лишь на основании суровости возможного приговора. Она должна быть оценена с учетом ряда других соответствующих факторов, которые могут либо подтвердить наличие опасности того, что заявитель скроется, либо сделать ее настолько незначительной, что она не может служить оправданием содержания под стражей» (§105 постановления Европейского Суда по правам человека от 08.02.2005 года по делу «Панченко против России»).

Согласно абз.3 п.21 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 41 сама по себе тяжесть предъявленного обвинения и возможность назначения по приговору наказания в виде лишения свободы на длительный срок не могут признаваться достаточными для продления срока действия данной меры пресечения.

Таким образом, выводы суда первой инстанции сделаны вопреки
— правовой позиции Европейского Суда по правам человека, согласно которой доводы против освобождения лица из-под стражи не могут быть «общими и абстрактными» (§ 63 постановления по делу «Смирнова против Российской Федерации»);
— правовой позиции Конституционного Суда РФ, согласно которой «уполномоченные органы, прежде всего суд, могут принимать относящиеся к их ведению решения, касающиеся… продления срока содержания под стражей только с учётом того, подтверждаются или нет достаточными данными названные в уголовно-процессуальном основания применения этой меры пресечения» (Определение Конституционного Суда РФ от 30.09.2004 года №300-О);
— правовой позиции Верховного Суда РФ, согласно которой при продлении срока содержания под стражей на любой стадии производства по уголовному делу судам необходимо проверять наличие на момент рассмотрения данного вопроса предусмотренных ст. 97 УПК РФ оснований, которые должны подтверждаться достоверными сведениями и доказательствами (абз.1 п.21 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 41).

4. В обоснование постановления суд указал, что З. в зарегистрированном браке не состоит, иждивенцев не имеет. Однако судом не дана оценка наличию у З. устойчивых социальных связей с родственниками – матерью и бабушкой, с которыми она поддерживает нормальные, бесконфликтные отношения, в том числе находясь под стражей переписывается с ними, получает передачи.

5. Согласно правовой позиции Европейского Суда по правам человека «отсутствие постоянных места жительства или работы не может служить основанием для опасений, что заявитель скроется или совершит новое преступление» (§54 постановления от 30.07.2009 года «Сергей Медведев против России»). Аналогичные правовые позиции сформулированы Европейским Судом по правам человека и для ситуаций, когда обвиняемый зарегистрирован в одном месте, а работает в другом (§59 постановления от 15.05.2008 года по делу «Попков против России»), либо когда он не имеет регистрации по месту жительства (§86 постановления от 22.04.2010 года по делу «Горощеня против России»).
Сторона защиты обращает внимание суда апелляционной инстанции на то, что З. имеет регистрацию на территории _________________ района _____________ области; при этом по месту жительства её характеризуют положительно. До задержания З. была трудоустроена в г. ____________ — областном центре, находящегося в 30 км от её постоянного места жительства.

6. В постановлении суда не приведены конкретные доказательства, свидетельствующие о невозможности избрания З. иной, более мягкой меры пресечения, то есть не опровергнута презумпция освобождения лица из-под стражи, как того требует § 54 постановления Европейского Суда по правам человека от 23.10.2012 г. по делу «Зенцов и другие против России». Изложенные в ст.97 УПК РФ основания являются общими для всех мер пресечения и сами по себе не свидетельствуют о необходимости избрания З. самой суровой меры пресечения.

Кроме того, судом оставлены без внимания полученные на вопросы адвоката-защитника ____________________ в судебном заседании ответы следователя ____________________, согласно которым З. в ходе производства по делу не предпринималось каких-либо действий, препятствующих избранию ей в качестве меры пресечения домашнего ареста.

Сторона защиты обращает внимание суда апелляционной инстанции на наличие у матери З. на праве собственности жилого дома (документы об этом имеются в материалах дела), который последняя готова предоставить обвиняемой для нахождения под домашним арестом, а также обеспечить материальное содержание З. в случае избрания ей меры пресечения в виде домашнего ареста

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.108-110, 389.3, 389.4, 389.6, 389.15,389.20, 389.23 УПК РФ,

1. Отменить постановление ______________________ районного суда _______________________ области от ___________________ года о продлении срока содержания З. под стражей.
2. Избрать в отношении З. меру пресечения в виде домашнего ареста по адресу: __________________________________.

Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 17.10.2018 N 5-УД18-142

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

СУДА КАССАЦИОННОЙ ИНСТАНЦИИ

от 17 октября 2018 г. N 5-УД18-142

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе

председательствующего Колышницына А.С.,

судей Эрдыниева Э.Б., Зателепина О.К.

при секретаре Мартыновой Е.В.

с участием обвиняемого Гринева А.В., адвокатов Паршина А.В., Коцюбы А.В., Бадамшина С.В., Панченко С.И., прокурора Филипповой Е.С.

рассмотрела в судебном заседании материал по кассационной жалобе адвоката Паршина А.В. в защиту интересов Гринева А.В. на постановление Тверского районного суда г. Москвы от 18 ноября 2017 года, постановление президиума Московского городского суда от 27 февраля 2018 года и апелляционное постановление Московского городского суда от 21 марта 2018 года.

Читать еще:  Какие права даёт прописка внучки в аварийном доме?

Постановлением Тверского районного суда г. Москвы от 18 ноября 2017 года

ГРИНЕВУ Андрею Владимировичу, и несудимому, подозреваемому в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на срок 1 месяц 10 суток, то есть до 27 декабря 2017 года.

Апелляционным постановлением Московского городского суда от 4 декабря 2017 года постановление Тверского районного суда г. Москвы от 18 ноября 2017 года в отношении Гринева А.В. изменено. Заменена Гриневу А.В. мера пресечения в виде заключения под стражу на домашний арест на срок до 27 декабря 2017 года с установлением указанных в постановлении ограничений.

Постановлением президиума Московского городского суда от 27 февраля 2018 года апелляционное постановление Московского городского суда от 4 декабря 2017 года в отношении Гринева А.В. отменено, материал по ходатайству следователю направлен на новое апелляционное рассмотрение.

Апелляционным постановлением Московского городского суда от 21 марта 2018 года постановление Тверского районного суда г. Москвы от 18 ноября 2017 года в отношении Гринева А.В. оставлено без изменения.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Зателепина О.К., выступление обвиняемого Гринева А.В., адвокатов Паршина А.В., Коцюбы А.В., поддержавших доводы кассационной жалобы, выступление адвокатов Бадамшина С.В. и Панченко С.И., мнение прокурора Филипповой Е.С., возражавших против удовлетворения доводов кассационной жалобы, Судебная коллегия

как видно из материала, органами предварительного следствия Гринев обвиняется в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, то есть в хищении чужого имущества путем обмана и злоупотребления доверием, организованной группой, в особо крупном размере.

Уголовное дело возбуждено 27 октября 2017 года по признакам указанного преступления в отношении неустановленных лиц.

17 ноября 2017 года Гринев был задержан в порядке ст. 91, 92 УПК РФ и допрошен в качестве подозреваемого.

23 ноября 2017 года Гриневу предъявлено обвинение.

Постановлением Тверского районного суда г. Москвы от 18 ноября 2017 года Гриневу избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на срок 1 месяц 10 суток, то есть до 27 декабря 2017 года.

Апелляционным постановлением Московского городского суда от 4 декабря 2017 года постановление Тверского районного суда г. Москвы от 18 ноября 2017 года в отношении Гринева изменено: мера пресечения в виде заключения под стражу заменена ему на домашний арест на срок до 27 декабря 2017 года с установлением указанных в постановлении ограничений.

Постановлением президиума Московского городского суда от 27 февраля 2018 года отменено апелляционное постановление от 4 декабря 2017 года, которым мера пресечения в отношении Гринева изменена на домашний арест, материал направлен на новое апелляционное рассмотрение.

Апелляционным постановлением Московского городского суда от 21 марта 2018 года постановление Тверского районного суда г. Москвы от 18 ноября 2017 года об избрании Гриневу меры пресечения в виде заключения под стражу оставлено без изменения.

В кассационной жалобе адвокат Паршин оспаривает постановление президиума Московского городского суда от 27 февраля 2018 года и апелляционное постановление Московского городского суда от 21 марта 2018 года в отношении Гринева А.В., считая их незаконными, необоснованными, вынесенными с существенными нарушениями уголовного и уголовно-процессуального законов, повлиявшими на исход дела. Указывает, что судом апелляционной инстанции 4 декабря 2017 года мера пресечения Гриневу была изменена на домашний арест не только по причине совершения им преступления в сфере предпринимательской деятельности, но и в связи с тем, что личность Гринева установлена, он постоянно проживает в г. Москве, является индивидуальным предпринимателем, имеет на иждивении малолетнего ребенка, однако эти обстоятельства не получили оценки президиума и суда апелляционной инстанции при новом рассмотрении материала о мере пресечения. Полагает, что судами не приведены конкретные данные, свидетельствующие об имевшем место событии преступления и об обоснованности выдвинутого против Гринева подозрения. Отмечает, что президиум, а также суд апелляционной инстанции при новом рассмотрении вторглись в вопрос оценки доказательств, выйдя за рамки своих полномочий при решении вопроса о мере пресечения, предрешая вопросы, подлежащие доказыванию на стадии предварительного расследования. Обращает внимание на то, что из фабулы обвинения, показаний потерпевшего и подозреваемого следует наличие договорных отношений между двумя компаниями и считает, что действия со стороны Гринева и потерпевшего С. совершены в сфере предпринимательства. Утверждает, что место совершения преступления находится за пределами Российской Федерации и постановление о возбуждении уголовного дела является незаконным, поскольку оно вынесено ненадлежащим лицом. Просит отменить постановление суда первой инстанции, постановление президиума от 27 февраля 2018 года и постановление суда апелляционной инстанции от 21 марта 2018 года с передачей материала на новое судебное рассмотрение.

Проверив материалы, обсудив доводы кассационной жалобы, Судебная коллегия пришла к следующим выводам.

Производство в суде кассационной инстанции, являясь важной гарантией законности судебных решений по уголовным делам и реализации конституционного права граждан на судебную защиту, предназначено для выявления и устранения допущенных органами предварительного расследования или судом в ходе предшествующего разбирательства дела существенных нарушений уголовного закона (неправильного его применения) и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявших на исход дела, и нарушений, искажающих саму суть правосудия и смысл судебного решения как акта правосудия.

Согласно ст. 401.6 УПК РФ поворот к худшему при пересмотре судебного решения в кассационном порядке может иметь место, если в ходе судебного разбирательства были допущены нарушения, искажающие саму суть правосудия и смысл судебного решения как акта правосудия.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 января 2014 года N 2 “О применении норм главы 47.1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регулирующих производство в суде кассационной инстанции”, к числу нарушений уголовно-процессуального закона, искажающих саму суть правосудия и смысл судебного решения как акта правосудия, могут быть отнесены, в частности, нарушения, указанные в п. п. 2, 8, 10, 11 ч. 2 ст. 389.17, в ст. 389.25 УПК РФ, а также иные нарушения, которые лишили участников уголовного судопроизводства возможности осуществления гарантированных законом прав на справедливое судебное разбирательство на основе принципа состязательности и равноправия сторон либо существенно ограничили эти права, если такое лишение либо такие ограничения повлияли на законность приговора, определения или постановления суда.

Как видно из материалов, президиум Московского городского суда, отменяя апелляционное постановление от 4 декабря 2017 года, которым мера пресечения в отношении Гринева изменена на домашний арест и направляя материал на новое апелляционное рассмотрение, указал, что суд апелляционной инстанции, придя к выводу, что инкриминируемое Гриневу преступление совершено в сфере предпринимательской деятельности, изменил ему меру пресечения в виде заключения под стражу на домашний арест, оставив при этом без оценки доводы следователя, изложенные в ходатайстве об избрании меры пресечения, о том, что действия Гринева были “завуалированы” под гражданско-правовые отношения; инвестиционный контракт, заключенный между Гриневым и С., изначально являлся фиктивным, часть полученных от потерпевшего денежных средств Гринев перевел на счета подконтрольных ему юридических лиц, какого-либо строительства в целях реализации контракта не вел, денежные средства потерпевшему не вернул.

Из апелляционного постановления Московского городского суда от 4 декабря 2017 года следует, что суд апелляционной инстанции при принятии решения о замене Гриневу меры пресечения в виде заключения под стражу на домашний арест не применял положения ч. 1.1 ст. 108 УПК РФ, согласно которым заключение под стражу в качестве меры пресечения не может быть применено в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ст. 159 УК РФ, если это преступление совершено в сфере предпринимательской деятельности, при отсутствии обстоятельств, указанных в п. п. 1 – 4 ч. 1 ст. 108 УПК РФ.

В частности, суд апелляционной инстанции указал, что Гринев ранее не судим, является гражданином Российской Федерации, имеет на иждивении детей 2007 и 2010 года рождения, положительно характеризуется, личность Гринева органом расследования установлена, он постоянно проживает в г. Москве, имеет собственное жилье и регистрацию, данных о том, что Гринев скрывался, препятствовал производству по делу, не имеется, ранее к уголовной ответственности не привлекался, до задержания являлся индивидуальным предпринимателем, имеются договорные отношения на основе инвестиционного контракта между двумя компаниями, сторона защиты представила копию решения Арбитражного института торговой палаты г. Стокгольма об утверждении мирового соглашения между сторонами по спору о возврате заемных денежных средств.

Таким образом, суд апелляционной инстанции при принятии решения о замене Гриневу меры пресечения в виде заключения под стражу на домашний арест исходил из наличия не только договорных отношений (инвестиционного контракта) между двумя компаниями, но и других заслуживающих внимания обстоятельств.

На основании изложенного суд пришел к выводу, что применение меры пресечения в виде домашнего ареста и налагаемые на обвиняемого ограничения и запреты могут быть достаточными для обеспечения надлежащего поведения Гринева, гарантированной явки к следователю, исключения возможности негативного влияния на ход расследования.

С учетом изложенного, Судебная коллегия считает, что суд заменил Гриневу меру пресечения в виде заключения под стражу на домашний арест не на основании положений ч. 1.1 ст. 108 УПК РФ, а в связи с тем, что пришел к выводу, что органами предварительного следствия не представлены достаточные сведения об исключительности данного случая для избрания Гриневу такой меры пресечения, как заключение под стражу.

Исходя из этого, Судебная коллегия полагает, что оставление в постановлении суда апелляционной инстанции без оценки доводов следователя, изложенных в ходатайстве об избрании меры пресечения, о том, что действия Гринева были “завуалированы” под гражданско-правовые отношения, инвестиционный контракт, заключенный между Гриневым и С., изначально являлся фиктивным, часть полученных от потерпевшего денежных средств Гринев перевел на счета подконтрольных ему юридических лиц, какого-либо строительства в целях реализации контракта не вел, денежные средства потерпевшему не вернул, не является нарушением, искажающим саму суть правосудия и смысл судебного решения как акта правосудия.

При этом суд кассационной инстанции, признавая незаконным решение суда апелляционной инстанции от 4 декабря 2017 года, оставил без внимания не связанные с наличием договорных отношений между компаниями мотивы, которыми руководствовался суд апелляционной инстанции при принятии решения о замене меры пресечения в виде заключения под стражу на домашний арест, а именно – достаточности налагаемых при домашнем аресте на обвиняемого ограничений и запретов для обеспечения надлежащего поведения Гринева, гарантированной явки к следователю, исключения возможности негативного влияния на ход расследования.

При таких обстоятельствах Судебная коллегия приходит к выводу, что судом апелляционной инстанции не допущены нарушения, искажающие саму суть правосудия и смысл судебного решения как акта правосудия, в связи с этим оснований для отмены президиумом Московского городского суда апелляционного постановления от 4 декабря 2017 года и направления материалов на новое апелляционное рассмотрение не имелось.

С учетом изложенного на основании ст. 401.15 УПК РФ Судебная коллегия считает необходимым отменить постановление президиума Московского городского суда от 27 февраля 2018 года и апелляционное постановление Московского городского суда от 21 марта 2018 года с оставлением в силе апелляционного постановления от 4 декабря 2017 года.

Вопреки доводам жалобы суды первой и апелляционной инстанций, принимая решение о необходимости избрания меры пресечения, проверили обоснованность подозрения в причастности Гринева к совершенному преступлению.

Вопрос о месте совершения преступления в силу ст. 73 УПК РФ является предметом доказывания по уголовному делу и не может проверяться при решении вопроса об избрании меры пресечения.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 401.13, 401.14, 401.15 УПК РФ, Судебная коллегия

постановление президиума Московского городского суда от 27 февраля 2018 года и апелляционное постановление Московского городского суда от 21 марта 2018 года в отношении Гринева Андрея Владимировича отменить.

Ссылка на основную публикацию
×
×
Adblock
detector